?

Log in

No account? Create an account

81. М.Найдорф. Значимое прошлое

М. Найдорф
ЗНАЧИМОЕ ПРОШЛОЕ

Шомрей шабос, Одесса, 26.01.07

Из прошлого лишь та часть значима для нас, которая обязывает деятельно и морально. Мы называем это «долгом памяти». Подразумеваем в нем не только добровольное и возвышающее нас бремя благодарности к тем людям, которые многое значили для нас, когда были рядом. В исполнении этого долга мы находим способ утвердиться, опираясь на то в нашем прошлом, что проверено временем.
В январе Одесском Доме-музее им. Н.К. Рериха (на Большой Арнаутской, 47) прошел вечер памяти Людмилы Наумовны Гинзбург – профессора одесской консерватории, выдающейся пианистки и педагога, роль которой в художественной жизни Одессы осознана еще не вполне. Главным действующим лицом вечера был Юрий Борисович Дикий. Ученик Людмилы Наумовны, профессор Дикий на протяжении всего мемориального собрания олицетворял собою долг памяти, в котором с ним были вполне солидарны присутствующие, плотно заполнившие все места в зале музея. Его доклад, демонстрация любительских и полулюбительских видеозаписей игры Л.Н. Гинзбург, а также небольшой концерт молодых музыкантов составили программу этого мемориала. Из числа собравшихся выступить удалось лишь доктору Леониду Григорьевичу Авербуху. Несомненно, что желающих было больше, но даже трехчасовый объем вечера оказался недостаточным, чтобы представить им слово.
Ю. Дикий (он выступал также от имени «Миссии Давида Ойстраха и Святослава Рихтера») сосредоточился на связи Одессы с мировыми центрами музыкального искусства, которую не только олицетворяла, но и осуществляла в своей исполнительской и педагогической практике Людмила Наумовна. Связь эта, подчеркивал докладчик, была драматически противоречивой. Выпускница Одесской консерватории, Л. Гинзбург продолжила свое образование в Москве под руководством Генриха Нейгауза. Огромные достоинства одесской школы (Гинзбург училась у проф. М.М. Старковой) не отменяют того факта, что в классе Нейгауза студенты встречались с совсем иным, поистине мировым масштабом художественного и исполнительского мышления.
Решение вернуться в Одессу было принято (тогда уже молодой преподавательницей Московской консерватории) по целому ряду обстоятельств, среди которых Л.Н. чаще всего называла необходимость помогать семье в тяжелые послевоенные годы. Несомненно, что среди мотивов была любовь к родному городу и надежда на обширную творческую работу. В значительной мере эти надежды оправдались. У Людмилы Наумовны было много учеников, занятия с которыми – тоже род художественного творчества. Но совместить педагогическую и артистическую карьеры, увы, можно было только в столице. Л.Н. очень любила концертировать и всегда сожалела, что выступает слишком мало. Государственная система организации концертов могла поддержать, а могла и «не замечать» ее. К сожалению, произошло второе.
Вечер памяти Л. Н. Гинзбург – не первый уже и, понятное дело, далеко не последний – был торжественным прежде всего благодаря демонстрации записей пианистки. Что-то под влиянием времени в ее игре становится еще заметнее. Неповторимый синтез романтической возвышенности с суровым лаконизмом и силой частной личной убежденности – этот художественный облик артистки остается для нас ее даром и научением из другого теперь уже времени.
Долг памяти возвращает сторицей.

Comments